Аврора

или утренняя заря в восхождении

ГЛАВА XV

О ТРЕТЬЕМ ВИДЕ ИЛИ ОБРАЗЕ ГРЕХОВНОГО НАЧАЛА В ЛЮЦИФЕРЕ

1. Третий дух в Боге есть горький дух, возникающий в молнии жизни: ибо молния жизни восходит в сладкой воде, чрез трение терпкого и жгучего качеств; тело молнии весьма кротко пребывает в сладкой воде, как свет или сердце, сама же молния вся дрожит, а от испуга и огня и воды и терпкого духа она становится горькою, проходя чрез начало воды, в которой она восходит.

2. Также молния, или неистовый испуг, или горький дух, пленена в терпком качестве, и прославлена и высокорадостна в ясном свете в терпком духе, и она теперь есть подвижность, или корень жизни, и образует в терпком качестве, или делает раздельным слово, так что в теле возникает мысль или воля.

3. И этот высоколикующий и радостный дух бывает теперь весьма похвально и прекрасно использован в Божественном салиттере для образования: ибо он движется преимущественно в звуке и в любви, и к сердцу Божию ближе всех в рождении, и связан с ним в радости, ибо он и сам есть источник радости или восхождение в сердце Божием.

4. И нет здесь иного различия, как только то, какое бывает между телом и душою в человеке: тело знаменует собою семь источных духов Отца, и душа знаменует единородного Сына Бога Отца. [“Дух души знаменует сердце Божие, а душа око Божие в первом Начале, как разъяснено в третьей книге о Троякой Жизни Человека."}

5. Подобно как тело рождает душу, так и семь духов Божиих рождают Сына; и подобно как душа, будучи рождена, есть нечто особое, и однако связана с телом, и не может пребывать без тела, так и Сын Божий, будучи рожден, есть нечто особое, и однако не может пребывать без Отца.

6. Теперь заметь: точно таким же образом состояло горькое качество и в Люцифере, и не имело никакой причины для своего восстания, и никакого побуждения от чего-либо юного; но оно последовало безумному высокомерию терпкого (качества, как отца своего, и также возомнило, что будет в своем виде господствовать над всем Божеством, и в своем восстании зажглось.

7. Когда же оно приняло участие в рождении душевного духа в теле, то этот дух стал в этом виде яростным, колючим, неистовым, зажженным, горьким, как желчь, и раздирающим духом, истинным качеством адского огня, существом совершенно яростным и враждебным.

8. Когда же этот дух в душевном духе, из сердца Люцифера и его легионов, воззрел в Божество [“то есть, ввел волю свою в него, как в родительницу"}, то это было ничто иное, как только раздирание, терзание, жаление, умерщвление и ядовитое жжение. Об этом говорит Христос: Дьявол — лжец и убийца искони, и не пребывал в истине никогда (Иоан. 8, 44).

9. Люцифер же мнил, что тем самым он будет выше Бога, что никто не сможет владеть и править так устрашающе, как он, и что все должно будет преклониться пред ним; он хотел духом своим властно господствовать во всем Божестве, как царь над всем: будучи самым прекрасным, он хотел быть и самым могущественным.

10. Но он отлично видел и ведал кроткое и смиренное существо в Боге отце своем; к тому же он отлично ведал также, что Божество от вечности пребывало в подобной кротости, и что в подобной же Божественной кротости надлежало рождать и ему, как доброму и послушному сыну.

11. Но как он был образован ныне таким прекрасным и славным, подобно некоему царю в природе то, уязвленный своим прекрасным обликом, он возомнил про себя: Вот я сложен теперь в Боге и из Бога, кто сможет победить меня, или кто — изменить меня? Я буду сам господином, и буду господствовать во всем моею остротою, и мое тело пусть будет образом на почитание всем; я устрою себе новое царство: ибо вся эта область — моя, один я Боге, никто другой.

12. И в своей гордости сам поразил себя тьмою и слепотою, и сделал из себя дьявола: таковым и суждено ему быть и оставаться вечно. [“0н познал в Боге только Величество, а не Слово в средоточии, держащее веяльную лопату. Он ослепил сам себя терпкою тьмою, ибо он хотел возжечь себя, и господствовать в огне над светом и кротостью."}

13. Когда же эти злые дьявольские духи стали двигаться в салиттере Божием [“разумей, в средоточии родительницы"}, и взирать в нем, то не было там ничего, кроме только жаления, жжения, умерщвления и разорения, и одного только противления: ибо сердце Божие желало любви и кротости, а Люцифер хотел насильно превратить их в неистовство.

14. Не было там ничего, кроме вражды и противления: он насильно возжег салиттер Божий, который покоился от вечности и пребывал в своей кротости.

15. От этого возжения в этой области и зовет себя Бог ныне гневным, ревнивым Богом на ненавидящих Его (Исх. 20, 5; Второз. 5, 9), то есть, на тех, кто еще сильнее разжигают гнев и ярость Его своими дьявольскими духами, своими проклятиями, хулениями, и всею яростностью, какая таится в сердце, гордостью, скупостью, завистью, гневом; все это, что ни есть в тебе, бросаешь ты в Бога [“то есть, в родительницу природы: почему и надлежит ей быть испытанной огнем, а также и душевному духу, ибо злоба должна остаться в огне"/.

16. Ты скажешь: как может это быть? Когда ты раскрываешь глаза, и взираешь на существо Божие, ты вонзаешься как бы шипами в существо Божие, и подвигаешь гнев Божий. Когда звук звенит в твоих ушах, так что ты воспринимаешь его из существа Божия, то ты заражаешь его, как если бы швырял в него громовые удары.

17. Подумай, что ты делаешь носом и ртом, когда твой милый новорожденный сынок исходит из уст вместе с твоею речью, как сынок всех семи духов; не бушует ли он в салиттере Божием, как некогда Люцифер? О, здесь нет никакого различия.

18. Бог же, напротив, говорит: Я Бог милосердный над любящими меня, и буду творить милость им до тысячи родов (Исх. 20, 6; Второз. 5, 10).

19. Заметь здесь внимательно: это те, кто противятся возженному огню гнева своею любовью, кротостью и усердными возжениями любви, и гасят огонь гнева своею молитвою, и идут упорно навстречу зажженной яростности.

20. Им не мало достается тяжелых ударов: ибо зажженный огонь гнева Божия кидается иногда на них, так что они не знают, куда даваться; тяжкие горы ложатся на них; возлюбленный крест давит и бывает тяжел.

21. Но он утешение ваше, и крепкий шлем против яростности и возженного огня, как говорит Царственный пророк Давид: Во тьме восходит, свет правым (Пс.111,4).

22. В этой именно борьбе против гнева Божия и возженной ярости диавола и всех безбожных людей и восходит благочестивому свет в его сердце, и объемлет его радостная любовь Божия, чтобы он не отчаялся на кресте своем, и продолжал бурно наступать против гнева и ярости.

23. Если бы не оставалось еще на земле всегда и повсюду несколько благочестивых людей, которые гасили бы гнев Божий своим противлением, давно уже возгорелось бы адское пламя; ты бы увидел тогда, где оказался бы ад, чему ты ныне не веришь.

24. Но вот что говорит дух: лишь только ярость победит в сем мире противление любви, как возгорится огонь, и с той поры не будет больше времени в сем мире.

25. А что ярость горит ныне ужасающим образом, это не требует доказательства, ибо ясно как день. Смотри, вот восходит еще малый огонек в противление гневу, но особому побуждению любви Божией: когда ослабеет и он, то настанет конец сего времени.

26. Но прав ли Люцифер, пробудивший яростность в салиттере Божием, отчего сей мир стал таким колючим, тернистым, каменистым, завистливым и лживым? Также на это пусть дадут ответь здесь защитники и заступники Люцифера; если же нет, то пусть осужден будет также и этот третий горький, колючий дух.

О ЧЕТВЕРТОМ ВИДЕ ИЛИ ОБРАЗ НАЧАЛА ГРЕХА В ЛЮЦИФЕРЕ.

27. Четвертый дух Божий есть зной; он рождается между горьким и терпким качествами, и бывает принят в сладкой воде, где и становится сияющим и светящим; и он есть истинный родник жизни; ибо в сладкой воде он становится совершенно кротким, от чего возникает любовь, и бывает лишь приятною теплотою, а не огнем. И хотя в сокровенном ядре он есть качество и начало огня, однако этот огонь не зажжен, ибо он рождается в сладкой воде; а где вода, там нет огня, но лишь приятная теплота и кроткое качествование; но если бы вода высохла, то стал бы горящий огонь.

28. Так думал и господин Люцифер, что он зажжет свой огонь, и сможет тогда в своем рвении властно господствовать в Божественной силе; но он думал, что огонь будет гореть вечно, а также и светить; умысел его был не в том, чтобы погасить свет, но чтобы свет горел в огне: он мнил, что высушит воду, и тогда свет будет витать в горящем огне. Но он не ведал, что если зажжет высушенную воду, то ядро ея, то есть, масло или сердце воды, истребится, и из света станет тьма, а из воды кислый смрад.

29. Ибо масло или тук в воде рождается кротостью или благодеянием, и именно в этом тук становится свет сияющим; когда же тук сгорит, то вода обращается в кислый смрад, и к тому же становится совсем темной.

30. Так произошло и с гордостью Люцифера: он торжествовал краткий срок со своим возженным светом; когда же его свет сгорел, то он стал черным дьяволом. Но он мнил, что будет вечно господствовать в горящем свете во всей Божественной силе, подобно некоему весьма ужасному Богу, и таким образом боролся своим огненным духом против салиттера Божия, желая зажечь снова всю область своего царства. И он действительно достиг кое-чего, сделав горящими Божественные силы, что и сказывается еще на солнце и звездах; и часто также загорается огонь в салиттере в стихиях, так что, мнится, бездна горит, о чем у меня будет речь в своем месте. [“0н отступил из кротости назад, в скорбную огневую волю, и упал во тьму. Пусть читатель нигде не разумеет этого в том смысле, будто дьявол зажег Божий свет, но лишь те образы природы, откуда сияет свет. Ибо он не объял света, как не объемлет света и огонь: он вступил в огонь, и был изгнан в тьму, и не имеет вне своей тварности ни огня ни света".}

31. И в этом качестве царь Люцифер уготовил себе поистине адскую баню; он не смеет сказать, что Бог создал и уготовил для него адское качество: нет, это сделал он сам, и он также оскорбил Божество, и из сил Божиих сделал адскую баню, в вечное обитание себе.

32. Ибо когда он и все его ангелы зажгли в своих телах источного духа огня, то выгорел тук в сладкой воде, и молния, или испуг, яростно восходящая в рождении света, обратилась в неистовство и терзание, жжение и жаление, и в совершенно враждебное существо.

33. И жизнь обратилась тогда в этом качестве в жало смерти: ибо чрез зной горькое качество стало таким яростным, колючим, неистовым и жгучим, словно все тело стало сплошными огненными жалами; и оно раздирало теперь и неистовствовало в терпком качества, как если бы пронзали тело огненными шилами.

34. И холодный огонь терпкого качества в свою очередь неистовствовал и бушевал против зноя, и против горького яда, и это был как бы великий мятеж, и отныне во всем теле Люцифера не было ничего, кроме убийства, разорения, жжения и жаления, и весьма ужасного адского огня.

35. Этот огненный и поистине дьявольский дух восстал теперь также и в средоточии сердца, и хотел посредством душевного духа (“под ним надо разуметъ волевого духа из средоточия, который рождается из родительницы, как из семи источных духов, и он есть образ Божий"} господствовать во всей Божественной силе, и зажечь весь салиттер Божий, как новый и могущественный Бог. Формы и небесные образования должны были всходить в ужасающем огненном качестве, и получать образ согласно этой яростности.

36. Если я пишу здесь о душевном духе, то ты должен знать совершенно точно, что он есть, или каков он есть; иначе тщетно будешь ты читать об этом рождении, и с тобою произойдет, как с мудрыми язычниками, которые восходили до лица Божия, и не могли его видеть.

37. Душевный дух гораздо тоньше и непостижимее, нежели тело или семи, источных духов, которые держат и образуют тело: ибо он исходит от семи духов, подобно как Бог Дух Святой от Отца и Сына.

38. Семь источных духов имеют свое сплоченное воедино тело из природы, то есть, из седьмого духа природы в Божественной силе, что я называю в этой книге салиттером Божиим или постижимостью, в которой восходят небесные образы. Это есть дух, как и все семь духов; но только прочие шесть пребывают в нем как непостижимое существо: ибо Божественная сила рождается в постижимости седьмого духа природы, как бы сокровенно, непостижимо для тварей.

39. Душевный же дух, или дух души, рождается в сердце из семи источных духов по тому роду и образу как рождается Сын Божий, и сохраняет в сердце престол свой, и исходит с этого престола в Божественную силу, как Дух Святой от Отца и Сына: ибо он имеет такую же тонкость, как Бог Дух Святой, и качествует совместно с Богом Духом Святым.

40. Когда душевный дух исходит из тела, он бывает едино с сокровенпымъ Божеством, и участвует в образовании вещи в природе, как сам Бог Дух Святой. У тебя есть пример тому: когда плотник хочет выстроит искусный дом, или какой-нибудь другой ремесленник сделать какое-нибудь искусное произведение, то руки, знаменуюнця природу, не могут сделать этого сначала сами; но семь духов бывают первыми строителями в этом деле и душевный дух указывает семи духам форму; затем семь духов образуют эту вещь, и делают ее постижимой; и лишь после того приступают руки к работъ согласно образу: ибо если ты хочешь что-либо сделать, то долженъ прежде довести это до разума.

41. Ибо душа постигает высочайший разум; она видит, что делает Бог, отец ее, и трудится совместно над небесным образованием; поэтому она вычерчивает природным духам образец, как надлежит им образовывать вещь. И по этому прообразу, начертанному душою, делаются все вещи в сем мире: ибо поврежденная душа непрестанно трудится над тем, чтобы мочь образовать небесные формы; но она не может, ибо для труда и дела своего располагает лишь земным, поврежденным салиттером, да, полумертвой природой, в которой душа не может создавать небесных образов.

42. Ты можешь понять сообразно этому, каким великим могуществом обладали в небесной природе духи изгнанных ангелов, и как могло произойти повреждение, как повредили они природу в небе, в своем месте, и опустошили ее своими мерзким возжением, откуда произошла ужасная ярость, господствующая в сем мире.

43. Ибо возженная природа все еще продолжает гореть до дня Последнего суда, и этот возженный огненный источник есть вечная вражда против Бога. Но нрав ли этот возженный огненный дух, и действительно ли зажег его сам Бог отчего произошел огонь гнева: на это пусть также дадут ответ сторонники предопределения, и докажут в природе; если же нет, пусть и этот огненный дух будет также осужден.

О ПЯТОМ ВИДЕ ИЛИ ОБРАЗЕ НАЧАЛА ГРЕХА В ЛЮЦИФЕРЕ И ЕГО АНГЕЛАХ.

44. Пятый неточный дух в Божественной силе есть блаженная любовь: она есть истинный облик кротости и смирения, и рождается также из молнии жизни. Когда молния, как испуг, быстро проницает (тело), отчего возникает радость, то ствол возженного света продолжает оставаться в сладкой воде, и весьма кротко проникает вслед за молнией чрез огонь в терпкое качество, и укрощает огонь, и делает терпкое качество нежным и мягким, что есть также порождение воды.

45. Когда же огонь отведает нежного, сладкого и мягкого вкуса, он укрощается, и слагается в кроткую теплоту, совершенно любовную, и в огне восходит весьма приветная жизнь, проницает терпкое качество этим любовным кротким делом, и утишает холодный огонь, и делает твердое мягким, и густое жидким, и темное светлым.

46. Когда же горькая молния, вместе с терпким и огненым духом отведает этой кротости, то нет там ничего, кроме одного только томительного устремления, желания и волнения, кроткого и приятного искушения, борения, лобзанияи и рождения любви: ибо строгие рождения всех источных духов становятся в этом проницании совершенно кроткими, любовными, смиренными и приветными, и в нем истинно пребывает Божество.

47. Ибо в четырех первых источных духах состоит Божественное рождение: потому и должны они быть совершенно строгими, хотя и имеют под собою свою кроткую матерь воду; в пятом же состоит блаженная любовь, и в шестом радость, и в седьмом образование или постижимость.

48. Сюда теперь, Люцифер, с твоею любовью! как вел ты себя? любовь твоя такой же ли родник? Мы хотим ныне рассмотреть и ее, каким стал ты любовным ангелом.

49. Заметь: если бы Люцифер не восстал и не возжегся, то его родник любви был бы не иным, нежели в Боге: не иной был салиттер в нем, нежели в Боге.

50. Но когда он восстал, чтобы душевным духом своим править над всем Божеством, то ствол, или сердце света, который есть ядро любви в сладкой воде, стал яростным и пронзительным огненным источником, отчего во всем теле возникло дрожание и жгучее правление и рождение.

51. Когда же в этом строгом и терпком огненном рождении родился душевный дух, он весьма яростно устремился из тела в природу или в салиттер Божий, и разрушил блаженную любовь в салиттере. Ибо он проницал все весьма яростно и огненно, как неистовый злодей, и мнил, что один он Бог; он хотел господствовать остротою.

52. Отсюда и возникло великое противление и вечная вражда между Богом и Люцифером: ибо сила Божия движется совершенно кротко, любовно и приветно, так что нельзя даже постигнуть ее рождения; а духи Люциферовы движутся и рвутся совершенно терпко, огненно и буйно.

53. У тебя есть пример тому на возженном салиттере звезд, принужденных от этой возженной ярости так быстро вращаться, вместе со всею тщетою, до дня Последнего суда: тогда отлучена будет от них ярость, и дана в вечный дом царю Люциферу.

54. А что это встречает великое противление в Боге, тому ни надо доказательств; но пусть человек размыслить: если бы у него в теле возник подобный яростный огненный источник, какое противление и недовольство было бы у него, и как весьма часто все тело приходило бы в ярость.

55. Что и бывает, конечно, с теми, кто дает прибежище дьяволу: но пока он гость, он лежит тихо, как смирная собачка; когда же становится хозяином, то разоряет весь дом, как и поступит он с телом Божиим.

56. Потому и огонь гнева Божия продолжает пребывать в теле Божием сего мира до конца, и не мало тварей бывает поглощено этим огнем гнева: о чем можно бы написать весьма многое, но на своем подобающем месте.

57. Теперь, сотворил ли Бог сам такими и сам возжег эту вражду и яростный огненный источник в Люцифер, на это пусть дадут ответ сторонники предопределения и предусмотрения, и докажут в природе; если же нет, то пусть будет осужден также и этот огненный источник стоящий на месте любви.

 

О ШЕСТОМ ВИДЕ ИЛИ ОБРАЗЕ НАЧАЛА ГРЕХА В ЛЮЦИФЕРЕ И ЕГО АНГЕЛАХ.

58. Шестой неточный дух в Божественной силе есть меркурий или звук, в котором восходит различие и небесная радость. Этот дух берет начало свое в молнии огня, то есть в горьком качестве, и поднимается в молнии чрез сладкую воду, где он укрощается, так что становится светлым; и в терпком качестве он заключается в плен, и тогда возбуждает всех духов; от этого возбуждения восходит звук; в молнии пребывает его восходящий источник, а в сладкой воде в любви его тело или корень.

59. И этот звук есть Божественное царство радости, ликование, в котором восходит в Боге Божественная и кроткая любовная игра, к тому же формы, образования и всевозможные облики.

60. Но ты должен ведать здесь, что это качество возбуждением своим совершенно кротко и любовно проницает всех духов, по тому роду и образу, как в сердце человека восходит любовный и кроткий огонь радости, в котором душевный дух ликует, как если бы он был на небе.

61. Но этот дух принадлежит также не к образованию тела, а к различению и к подвижности, в особенности же к радости и к различению в образовании.

62. Когда в средоточии сердца посреди семи источных духов рождается душевный дух, так что воля семи духов бывает сплочена воедино, то звук выводит его наружу в тело, и бывает его колесницею, в которой дух въезжает и выполняет то, что постановлено в совете семи духов.

63. Ибо звук чрез душевного духа проникает в природу Божию, или в салиттер седьмого источного духа в Божественной сил, который есть его первоначальная мать, и качествует совместно с ней в образовании форм, а также в различении образов.

64. И потому, когда царь Люцифер превратил своего гордого конька в звук в огненное возбуждение во всех семи духах, возникло страшное противление в салиттере Божием.

65. Ибо когда его душевный дух родился в его теле, он ужалил из его тела в салиттер Божий, как огненная змея из своей норы. Когда же рот раскрылся для речи, то есть, когда семь духов сплотили воедино слово в своей воле, и послали его в салиттер Божий посредством звука, то это было не иное, как если бы в природу Божью пустили огневую громовую стрелу, или же яростную змею, неистовствующую, и бушующую, словно бы она хотела разодрать природу.

66. Отсюда и берет свое начало то, что дьявола зовут древним змием (Апок. 12, 9), равно как и существование в сем поврежденном мире гадюк и змей, а также всякой вредной твари, как- то: червей, жаб, мух, вшей и блох, и чего ни на есть; отсюда же берут свое начало в сем мире, грозы, громы, молнии и грады.

67. Заметь: когда звук восходит в Божественной природе, то он весьма кротко поднимается из всех семи источных духов зараз, и весьма кротко порождает слово или образы.

68. То есть, когда неточный дух почерпает волю к рождению, то он весьма кротко проникает чрез прочих источных духов в средоточие сердца, и там воля бывает образована и испытана согласно всем семи духам.

69. И тогда прочие шесть духов произносят его в звук из душевного духа Божия, разумей из сердца Божия, из Сына Божия, пребывающего в средоточии, в средине, как собранное и сплоченное воедино слово.

70. И молния из этого самого слова, или возбуждение слова, которое есть звук, весьма кротко исходит от слова и совершает волю слова: и это исхождение от слова и есть Дух Святой, слагающий и образующий все, что постановлено в средоточии сердца в совете семи духов Бога Отца.

71. По такому же роду и образу должен был и царь Люцифер кротко рождать, и качествовать, и помогать своим душевным духом, но праву Божества, образованию в салиттере или в природе Божией, как любимый сын в природе.

72. Подобно как сын в доме отца помогает ему вести его дело, по роду и искусству отца, так надлежало и Люциферу с его ангелами в великом доме Бога Отца, по роду и образу Бога, помогать своим душевным духом образованию всех форм и произрастаний в салиттере Божием.

73. Ибо всему салиттеру надлежало быть обителью веселья для ангельских тел, и все должно было всходить и образовываться по желанию их духа, чтобы они никогда и вовеки не испытывали неудовольствия по поводу какого-нибудь образа или творения; но их душевному духу надлежало участвовать во всяком образовании, а салиттеру быть собственностью тварей. [,,0бразование из небесных сущностей происходит магически; все это по воле и способности природы и тварей."]

74. Если бы они только пребыли в своем кротком рождении согласно с Божественным правом, все было бы их собственностью, и их воля всегда и вечно была бы исполнена, и не было бы у них и в них ничего, кроме одной любовной радости, или, говоря по-земному, как бы вечного смеха и непрестанного радования в вечном веселье сердца.

75. Ибо Бог и твари были бы единым сердцем и единою волею. [“0бразование из душевного огня и любовь или Божественное средоточие состоят в едином существе."]

76. Но когда Люцифер восстал и зажег своих источных духов, душевный дух устремился в звук из всех тел Люциферовых ангелов в салиттер Божий, подобно огненному змию или дракону, и образовал всевозможные ядовитые и огненные формы и образы, подобные диким и злым зверям.

77. И отсюда берут свое начало дикие и злые звери в сем мире: ибо воинство Люциферово зажгло салиттер звезд и земли, и наполовину умертвило и повредило его.

78. Ибо когда Бог после падения Люцифера совершил творение сего мира, все было сотворено из того самого салиттера, в котором восседал Люцифер. Так тварям в сем мире надлежало быть сотворенными потом из того же салиттера: и вот он образовались, по роду зажженного качества, злыми и добрыми.

79. Какой зверь был тогда всего сильнее в огненном, или в горьком, или в терпком качестве в меркурии тот и стал горьким, терпким, знойным и яростным зверем, все сообразно тому, какое качество имело в нем первенство.

80. Я помещаю это здесь лишь как наставление тебе: при сотворении сего мира ты найдешь это изложенным подробно и доказательно.

81. Теперь, правилен ли этот огневой звук и дух драконов в Люцифере и его ангелах, и сотворил ли его таким Бог, на это также пусть дадут ответ здесь защитники Люциферовы, делающие из Бога дьявола, и докажут это в природе, действительно ли Бог есть Бог, хотящий зла и сотворивший его.

82. Если же нет, то пусть и этот дух будет так же осужден на вечное заключение; и пусть они отступятся о своей лжи и богохульства; иначе они хуже диких язычников, которые ничего не знают о Боге, и однако живут в Боге, и наследуют царство небесное прежде множества таких богохульников, что я и намерен разъяснить в своем месте.

 

Дальше

 


Возврат:   [начальная страница]   [список авторов]   [страница автора]

Все содержание (C) Copyright РХГИ, 1999-2004